к.м.н., врач ультразвуковой диагностики, м.н.с. лаборатории инструментальной диагностики научного отдела инструментальных методов исследования
Томск
Candidate of Medical Sciences, researcher of Instrumental Diagnostics Laboratory, Scientific Department of Instrumental Research Methods
Tomsk
д.м.н., в.н.с., зав. лабораторией инструментальной диагностики научного отдела инструментальных методов исследования, врач ультразвуковой диагностики
Томск
Doctor of Medicine, Head of Instrumental Diagnostics Laboratory, Scientific Department of Instrumental Research Methods
Tomsk
к.м.н., зав. отделением ультразвуковой диагностики, с.н.с. лаборатории инструментальной диагностики научного отдела инструментальных методов исследования
Томск
Candidate of Medical Sciences, Head of Ultrasound Diagnostics Department, Senior Researcher of Instrumental Diagnostics Laboratory, Scientific Department of Instrumental Research Methods
Tomsk
лаборант-исследователь лаборатории инструментальной диагностики научного отдела инструментальных методов исследования
Томск
junior researcher of Instrumental Diagnostics Laboratory, Scientific Department of Instrumental Research Methods
Tomsk
Цель Изучение взаимосвязи эхокардиографических структурно-функциональных параметров правого желудочка (ПЖ) с показателями легочного сосудистого сопротивления (ЛСС) у пациентов через 3 мес после COVID-19‑пневмонии.
Материал и методы В одномоментное обсервационное исследование были включены 96 пациентов (средний возраст 46,7±15,2 года). Критерии включения: документированный диагноз COVID-19‑ассоциированной пневмонии, желание пациента участвовать в наблюдении. Пациенты были обследованы во время госпитализации и на контрольном визите (через 3 мес после выписки). Обработка изображений и кинопетель, в том числе оценка продольной деформации (longitudinal strain, LS) миокарда при помощи метода отслеживания пятна (speckle tracking), осуществлялась в соответствии с действующими рекомендациями. Уравнение [скорость трикуспидальной регургитации / интеграл линейной скорости потока в выводном тракте ПЖ × 10 + 0,16] использовали для определения ЛСС. Пациенты были разделены на группы: 1‑я группа (n=31) – с повышением ЛСС ≥ 1,5 единиц Вуда, 2‑я группа (n=65) – ЛСС <1,5 единиц Вуда.
Результаты Исходно между группами не выявлено различий по основным клинико-функциональным характеристикам, включая тяжесть поражения легких по данным компьютерной томографии (32,7±22,1 и 36,5±20,4 % соответственно; р=0,418). Линейные, планиметрические и объемные параметры, по данным эхокардиографии, между группами статистически значимо не различались. В 1‑й группе на контрольном визите эндокардиальная LS свободной стенки ПЖ (right ventricle free wall, RV FW; –19,3 [–17,9; –25,8] %) была статистически значимо ниже (р=0,048), чем во 2‑й группе (–23,4 [–19,8; –27,8] %), а систолическое давление в легочной артерии – ЛА (systolic pulmonary artery pressure, sPAP) по C. Otto (32,0 [26,0; 35,0] мм рт. ст. и 23,0 [20,0; 28,0] мм рт. ст.) – статистически значимо выше, чем во 2‑й группе (р<0,001). По данным логистического регрессионного анализа, только эндокардиальная RV FW LS (отношение шансов – ОШ 0,859; 95 % доверительный интервал – ДИ 0,746–0,989; р=0,034) и sPAP (ОШ 1,248; 95 % ДИ 1,108–1405; р<0,001) показали независимую связь с повышением ЛСС. Согласно корреляционному анализу Спирмена, выявлена связь средней силы между ЛСС и средним давлением в ЛА по G. Mahan (r=0,516; p=0,003), ЛСС и показателем функциональной связи правых отделов сердца с системой ЛА (r=–0,509; p=0,007) в 1‑й группе на контрольном визите.
Заключение У лиц, перенесших 3 мес назад COVID-19‑пневмонию, скрытая правожелудочковая систолическая дисфункция, определенная как угнетение эндокардиальной RV FW LS до –19,3 %, ассоциирована с повышением ЛСС ≥1,5 единиц Вуда.
Aim To study the relationship of echocardiographic right ventricular (RV) structural and functional parameters and indexes of pulmonary vascular resistance (PVR) in patients 3 months after COVID-19 pneumonia.
Material and methods This cross-sectional, observational study included 96 patients aged 46.7±15.2 years. The inclusion criteria were documented diagnosis of COVID-19-associated pneumonia and patient’s willing to participate in the observation. Patients were examined upon hospitalization and during the control visit (at 3 months after discharge from the hospital). Images and video loops were processed, including the assessment of myocardial longitudinal strain (LS) by speckle tracking, according to the effective guidelines. The equation [tricuspid regurgitation velocity/ time-velocity integral of the RV outflow tract × 10 + 0.16] was used to determine PRV. Patients were divided into group 1 (n=31) with increased PRV ≥1.5 Wood units and group 2 (n=65) with PRV <1.5 Wood units.
Results At baseline, groups did not differ in main clinical functional characteristics, including severity of lung damage by computed tomography (32.7±22.1 and 36.5±20.4 %, respectively. р=0.418). Echocardiographic linear, planimetric and volumetric parameters did not significantly differ between the groups. In group 1 at the control visit, endocardial LS of the RV free wall (FW) (–19.3 [–17.9; –25.8] %) was significantly lower (р=0.048) than in group 2 (–23.4 [–19.8; –27.8] %), and systolic pulmonary artery pressure (sPAP) according to C. Otto (32.0 [26.0; 35.0] mm Hg and 23.0 [20.0; 28.0] mm Hg) was significantly higher than in group 2 (р<0.001). According to the logistic regression, only endocardial RV FW LS (odds ratio, OR, 0.859; 95 % confidence interval, CI, 0.746–0.989; р=0.034) and sPAP (OR, 1.248; 95 % CI, 1.108–1405; р<0.001) were independently related with the increase in PVR. Spearman correlation analysis detected a moderate relationship between PVR and mean PAP according to G. Mahan (r=0.516; p=0.003) and between PVR and the index of right heart chamber functional coupling with the PA system (r=–0.509; p=0.007) in group 1 at the control visit.
Conclusion In patients 3 months after COVID-19 pneumonia, hidden RV systolic dysfunction defined as depressed endocardial RV FW LS to -19.3% is associated with increased PVR ≥1.5 Wood units.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.